Дневники отдыхающих 1. Коктебель 2008.


08.08.2008
Вот мы и доехали до солнечного Крыма! Ура! Наконец-то! Точнее, мы доехали не просто до Крыма, - мы в Коктебеле! Уже завтра утром будем валяться голыми под жарким солнцем, купаться в море, и пить вкусные вина Коктебельского завода. Иришка уже спать завалилась, - замучалась в поезде, бедолага. Сейчас черкну пару строк, - и к ней, а то попку выставила торчком, смотреть тяжело, особенно после целых суток вынужденного воздержания в поезде этом, будь он не ладен.
Зато устроились, - лучше не придумать, хоть и частный сектор, но есть всё! Домик отдельный, ванная своя, не джакузи, конечно, но вода горячая; кондиционер, телевизор. Раньше всё было куда прозаичнее.
Всё, побежал в нашу (на целых две недели) койку (огромную, двуспальную), надо Иришку потискать, может, не заметит!
09.08.2008
Конечно, не заметь тут, когда тебе в попку тычут горячим, толстым членом! Прижался ко мне и давай руками по всему телу шарить, я попритворялась, конечно, немного, но тоже ведь не железная. Но после такого воздержания, на самом деле, взобраться на мужчину очень даже в радость. Я аж трижды кончила!
Хитрец, - дневничок завёл тайком. Думает, что я только и делаю, что сплю. Наивный у меня Димон мой, может, за то и люблю его? И про Крым успел написать, и про Коктебель. Забыл, правда, добавить, что не впервые мы тут, слава богу, а третий раз уже. Аккурат, через лето. Когда Турция с Египтом и Тунисом достают. Там тоже неплохо, но голыми не поваляешься, - это факт. Арабы утащат в пустыню, куда-нибудь. А мы нудисты те ещё! Вот завтра и начнём! А сегодня пора бай-бай, а то уже второй час ночи и Димон храпит так соблазнительно, - натрахался и в люлю. Молодец! А я свой дневничок припрячу так, что он точно не найдёт.
09.08.2008
Первый день отдыха, что может быть лучше! – Погода, что называется, шепчет. Жара за тридцать. Море просто парное молоко!
Народу, правда, не мало. Но что делать, - август. Самый что ни на есть нудистский сезон. Это мы ещё пришли рано, учитывая наши вечерние развлекалки. Но и развлеклись на совесть, Ирка даже проснулась, чего я никак не ожидал. Ей бы только спать, обычно. Секс ей тоже нравится, но сон превыше всего. Тем не менее, проснулась вчера и даже снизошла до небольших оральных ласк. А мне много и не нужно было. Да и она разок другой кончила, пока на мне скакала.
Так вот - пляж! Отличный пляж! Плевать на народ, народ отрывается. Веселится по-полной. Все такие загорелые, нам не чета. Мы хоть и поездили в Серебряный бор, но до качественного загара нам ещё далеко. Зато у нас всё впереди, а им уезжать скоро!
Контингент, конечно, разный на пляже. Неоднородный, я бы сказал. И палаточники компаниями и украинские подданные от мала до велика и, само собой, - наши соотечественники. Но хохлов больше. Мужчины представлены в более богатом ассортименте, как, впрочем, и везде. То есть – на других нудистских пляжах.
Маньяки тоже есть, куда ж без них. Мы пока кремом намазались, вокруг нас уже парочка индивидуумов пристроилась. Видимо, так мазались, что не могли на себя внимание не обратить. Ирке нравится, когда я её намазываю, и чего тут особенного, не понимаю? У меня, правда, эрекция проявляется, а у кого бы не проявилась, приходится потом на животе отлёживаться какое-то время.
Ну да хрен с ними, с маньяками. Мы привыкли. Мы молоды (Ирке – 26, мне –32),симпатичны, стройны, - чего стыдиться! Зато накупались, назагорались вволю!
А Коктебель, конечно, изменился за два года. Уже понастроили тут всего: отелей всяких, ресторанов новых и прочей фигни. И к пляжу нашему строения подбираются всё ближе. Скоро, видимо, от пляжа ничего не останется.
Всё, идём в душ и ужинать.
09.08.2008
Писатель! Максимилиан Волошин, практически! Мимо музея которого мы сегодня проходили, кстати. Далековато от пляжа нашего. Димону-то всё нипочём, а ведь говорила ему, что нужно ещё походить, жильё поискать!
Да теперь уж ладно. Но про пляж он точно написал, даже мне добавить нечего. Разве только о мужской половине пляжников? – Так это Димон со своей мужицкой колокольни судит. По мне, так хоть бы весь пляж одними мужиками забит был до отказу! Это сколько внимания тогда было бы? Комплиментов, не высказанных вслух. Но глаза куда красноречивее и некоторые другие части тел – тоже. И все смотрят. Только мой любимый наивный муженёк удивляется такому повышенному к нашим персонам интересу. А интерес тут не к НАШИМ, а к моей персоне. А мне это и надо! – Хлебом не кормите, а быть пупом земли – хочу! Пупом, с голым пупом! Ха-ха!
В принципе, и пуп мой тоже не плох. Хотя мне куда больше нравятся мои груди: не дико большие, но и не маленькие, упругие, кругленькие, с аккуратными маленькими сосочками. Которые очень быстро становятся твёрденькими под ласкающими мужскими взглядами, особенно, если их изредка поглаживать пальчиками. Смотрят? – Пусть только попробуют не смотреть! Зря я, что ли в Коктебель ехала?
А с кремом, - это вообще мой коронный трюк. Тут Димон прав на все сто: обожаю, когда он своими большими ладонями растирает по моей кожице это ароматное масло, век бы так лежала, нежилась. Сначала он мне спинку натрёт, ножки, даже попку чуть-чуть. Больше нельзя, - Димон за нравственность борется. Потом я на спинку ложусь, и тут самое приятное начинается, пока он мне грудки мои намазывает и животик, моя маленькая, похотливая мышка между ножек начинает оживать, давать сок. А припекаемая солнышком, да продуваемая тёплым ветерком, если слегка раздвинуть ножки….
Димон пыхтит рядом, старается. Старается не смотреть на мои соски, которые уже, конечно, торчком. У благоверного моего тоже уже почти торчком, ему много не надо. Очень близко от моего лица покачивается, медленно наливаясь кровью, его аппетитная колбаска. Головка начинает выглядывать из-под кожи, сама по себе раскрывается, словно бутон какой. Растёт. Нравится мне наблюдать этот процесс каждый раз. Жаль, не долго, - Димон этот процесс завсегда под контролем держит. – Нравственность!
Поэтому, когда Димон на живот свой плюхается, мне приходится самой покрывать кремом не обработанные части моего стройного тельца. Сначала я намазываю попку; и те, кто уже пристроился поблизости, без труда могут рассмотреть мою маленькую попочку, которая под неторопливыми поглаживаниями начинает блестеть. Затем переворачиваюсь и, словно не замечая обращённых на себя взглядов, совершаю похожую процедуру с моей горячей мышкой. Сначала наливаю побольше крема прямо на лобок, потом всей ладонью, медленно, размазываю по внутренней стороне бедра и промежности. Ножки раздвинуты самую малость, так, чтобы невольным (и прочим) зрителям было видно, как под моей ладошкой жирно проскальзывают складочки, как один из пальчиков останавливается на клиторе, а другой, на один ноготочек, на мгновение исчезает в дырочке.
Стоп. Муж возвращается. Пора отправляться кушать. Моцион, знаете ли.
09.08.2008
Ну вот, вернулся, а моя милая сидит, в чём мать родила, мечтает. Как обычно. Она у меня натура романтичная. Частенько улетает мыслями, знать бы ещё куда! А вроде, кушать спешила.
10.08.2008
Нет, дорогой, лучше тебе не знать, куда и зачем я улетаю мыслями своими, блин! Едва ли тебе это понравится. Ты ж меня за простушку наивную держишь, вот и продолжай, чтобы нравственность наша семейная не дала трещину.
Дрыхнет, родимый! А всё говорит, что это я соня. Я вечером соня, зато утром я жаворонок. Это точно.
А поужинали мы не плохо. В узбекском ресторанчике за сущие копейки, в сравнении с Москвой. Муж, правда, хотел хохлятской кухни отведать, но я отговорила. Хотелось на топчане посидеть развалившись. Борща украинского мне тоже хотелось, конечно, но поскольку я нижнее бельё «случайно» не одела, - то я голосовала двумя руками за топчан.
А потом весь ужин сидела в растопырку и не давала Димону спокойно плов кушать, пиписку ему демонстрировала свою бритую.... Правда, кроме Димона богатство моё успел рассмотреть ещё и официант, но ему деваться было некуда; и ещё молодая парочка за соседним столиком. Причём, первой меня заметила девушка, - мы даже с ней глазами встретились, - я не стала юбочку поправлять, а она парню своему на меня указала, - тот чуть сигарету не проглотил, бедняга.
Надо в душ бежать и собираться, а то все самые модные места на пляже позанимают.
А Димон всё спит. И пока он спит, на меня в окошко нашей ванной кто-то глазел, пока я намывалась после вечернего секса, отличного кстати. Ясное дело, я виду не подала, но теперь меня будут терзать муки неизвестности: кто за мной подглядывал и, главное, какое впечатление я произвела на этого наглого подгладывателя. Хотя, впечатления у него должны быть самыми пренеплохими, поскольку мыла я такие части себя…. Да так активно мыла!
Пора мужчину своего будить.
10.08.2008
Он сегодня явно писать не сможет!!!! – Пьяный потому-что! Я тоже, но он спит. А я нет! Я держусь. За столик. Но писать тоже не буду, потому что пусть Димон сначала завтра напишет. Дура я, что ли, первой писать!?
11.08.2008
Так всегда, если уж взялся вести дневник, то надо писать в него каждый день. Но, в общих чертах, я кое-что из вчерашнего помню. Остальное супруга подскажет. Но уже утром. – Опять она дрыхнет без задних ног. Спит моя красавица. Голенькая, тоненькая, красивая. Люблю её, страсть как!
Вчера утром она меня разбудила аж в восемь, обозвала соней, словно сама никогда не спит; мы попили кофе и ушли. На пляже устроились возле какой-то парочки наших лет, приблизительно, чтобы хоть с одной стороны от маньяков озабоченных прикрыться. Кремом опять измазались, - Иришка извертелась вся, как бы я какую её часть не пропустил. Конечно, а то мало ли что, - волдырями покроется с ног до головы, например. Или загар получит пятнистый. Если честно, то я бы все её части и частички не по одному даже разу намазал, но у меня, извиняюсь, яйца не железные. Полежи потом весь день рядом с голой женой, да ещё когда всякие разные женщины вокруг ходят, такие же голые. Но красавиц, подобных моей Иришке тут очень мало. Разве только в той парочке, что рядом с нами лежала. Там девушка ростом чуть пониже Ирки моей, а волосы длинные и темнее, и не только на голове. А грудь – больше. И попка неплохая. То есть, вообще она пофигуристее. Но у моей дражайшей половины фигура, всё-таки, спортивная, как раз такие мне нравятся больше. Плечи у Иришки широкие, талия узкая, грудь небольшая, но красивая, где надо, - мышцы, где не надо, - нет. Но вернусь на пляж.
Ирка даже меня взялась намазывать, но начала почему-то с конца. Каламбур вышел! А мне его на пляже трогать ну никак нельзя, - спина сгорит.
А соседи оказались нормальными, украинцы из Харькова, но нам какая разница! Они даже умнее нас оказались, - пока мы пиво покупали у проходящей бабули, эти двое бутылку вина достали и, как давай пить его! Нам на зависть.
В общем, мы познакомились с ними. Точнее будет сказать, пока я в море плескался, они с Иришкой моей познакомились. Поэтому, когда я вернулся, они уже свои полотенца к нашим перетащили, а Ирка уже со стаканом вина сидела. По-турецки! - Вот простая душа. Правда, девчонка, Вика, как оказалось, тоже так же уселась, отчего у меня начали проявляться признаки возбуждения; пришлось срочно брякаться животом вниз. Предварительно познакомившись, я ж не дикий.
Через полчаса мы играли в карты и пили уже вторую бутылку вина, за которой я сбегал лично, чтобы дать отдых животу и другим частям тела. Кстати, я обратил внимание, что Вика с Сергеем, так зовут её мужа, не особо заморачиваются на такие мелочи, как эрекция на пляже. Она его постоянно за конец хватает, и он в долгу не остаётся. Только у Вики конца нет. А моя девочка-Ирка ничего не замечает.
Потом мы ходили обедать все вместе. Пили вино, что ели не очень помню. Потом вернулись на пляж, пьяные изрядно, к тому времени, и друзья – не разлей вода. Мы играли в карты, даже, вроде бы, на раздевание (на нудистском пляже-то!). Ещё пили. Мы с Иркой много целовались, а на живот я падал уже через раз. Забывал! Да, - ещё мы купались, - тоже много, причём не всегда я купался со своей женой. Мне даже пару раз неудобно становилось, - моя супруга на берегу сидит, скучает, а я с Викой в нырялки играю. Но всё обошлось, никто не обиделся.
Потом мы собирались толи к ним в гости, то ли – к нам. И даже куда-то шли. Но куда пришли не помню. Очнулся утром, у нас на фазенде, с больной головой. Ирке тоже было не весело, - выпила не меньше моего.
На пляж кое-как доплелись. Мест уже нормальных не осталось, поэтому упали, не выбирая. Ни Вики, ни Сергея не увидели. И провели весь день в полудрёме, доползая до воды изредка, чтобы не обуглиться.
Только поужинав с коньячком (думал, не полезет) слегка пришли в себя. Климат тут такой, что ли? В Москве бы два дня ходил не в себе. А здесь даже сексом на сон грядущий занялись. Теперь Иришка спит, да и у меня глаза слипаются. Всё!
11.08.2008
Всё-таки комментарии писать проще. У нас уже, вроде бы, как традиция сложилась: Димон вечером пишет, - я утром дописываю. Потуги наши, так сказать, в эпистолярном жанре. Но читать забавно. Мой дорогой совсем меня не знает!
Но помнит из позавчерашних событий даже больше, чем я думала.
Начать с того, что парочка с пляжа, незнакомая Димону моему, была даже очень знакома мне, по узбекскому ресторанчику, где я демонстрировала всем желающим увидеть, свои прелести. Так что выбор места был не случаен, хотя он вправе думать так, как написал. В противном случае, «маньяков», как говорит Димон, или мужчин, которые не равнодушны к моим красивостям, как удобнее называть их мне, - было бы рядом с нами не меньше, чем в первый день. Уж я бы расстаралась, поверьте.
И парочка нас тоже узнала, они были повнимательнее моего благоверного. – Зря я, что ли без белья была? И на пляже, пока Димон меня увлечённо кремом натирал, ничего вокруг не замечая, ребята дали мне собой полюбоваться. Компенсировали, так сказать, мои моральные затраты в ресторане. Серёга мне понравился. В целом. Хоть он и не такой симпатичный, как мой Димон, и ростом ниже, но в нём есть какая-то энергетика, отсутствующая у Димона. Видимо, сексуальная. Серёга вообще парень без комплексов, мы только пришли, он мне подмигивать начал, а сам Вике грудь гладил. Смачно так гладил, перебирая пальцами, не спеша. А грудь у неё красивая, - лучше и больше моей. Мне аж тоже так захотелось. А потом у него вставать начал! – А ему хоть бы что, Вику толкнул в бок, она тоже села. И вот сидят они, смотрят, как Димон меня слоями крема покрывает, а Вика Серёге член поглаживает. А выглядит так, словно не член наглаживает, а коленку себе чешет.
Представляете себе, зрелище, а?! Я, конечно, Димона загоняла, чтобы подольше полюбоваться на такое. Потом сама попыталась Димона за конец схватить, - но он ни в какую. Упал на живот, традиционно, и все дела, отжаться только забыл!
Потом, всё правильно, - пиво, море. Ребята вино пьют, целуются, не стесняясь никого. Народ вокруг внимание очень даже обращает. Мы с Димоном, как пуритане сидим, только разве в полотенца не заворачиваемся.
Потом Димон купаться отправляется, а Серёга отправляется со стаканом вина ко мне: «Хватит, - говорит, - этой мочой давиться. Вино попробуй!» Словно я этого вина никогда не пробовала! Но я же не дура, какая, когда в полуметре от лица покачивается приятный, полунапряжённый член с оголившейся фиолетовой головкой, красивенький такой, - стакан взяла, так и познакомились. Через минуту они перетащили полотенца к нашей лежанке. Через три – мы уже пили, словно старые знакомые. Вика бесстыдно уселась по-турецки, мне пришлось сделать то же самое, иначе пришлось бы пить лёжа, - и Серёга тут же принялся беззастенчиво рассматривать мою промежность. Конец его начал стремительно увеличиваться в размерах, загибаясь головкой к животу. Интересный, надо сказать у него кончик оказался:... длинный, загнутый и весь покрытый сетью тонких вен; крупные, блестящие яички, бритые налысо, как и лобок, заметно оттягивают вниз кожаный мешочек. У Димона член тоже красивый, - гладкий, ровный и толстый, с аккуратной круглой головкой, обросший кудряшками. А Серёгин намного тоньше и чуть длиннее, но головка очень крупная и цветом, и размером напоминает шляпку гриба. – Мне даже захотелось его облизнуть, почувствовать под языком разбегающиеся в разные стороны венки, скользнуть мокрыми губами по этой непропорционально большой головке…. Молчу, Молчу!
Потом он попросил меня сесть так же, как я сидела вчера в ресторане, я отказалась. Сказала, что не могу здесь при всех. Он тогда нагло спросил, а смогу ли я не здесь и не при всех. Я, кажется, покраснела, - так бесцеремонно разговаривать на эти темы мне ещё не доводилось. Но кивнула, соглашаясь и, одновременно затаив дыхание, - во что же я вляпываюсь?
Спас меня Димон, ненаглядный, - накупался-таки! Оценил обстановку, в особенности – Вику и Викины параметры, со всеми познакомился церемонно и, естественно, брякнулся на живот. Так ему Вика приглянулась, кажется! От вина, правда, не отказался. Молодчина!
Блин! – А за окошком уже светает! Увлеклась я впечатлениями. Но коротко дорасскажу.
Димон всё описал очень точно, за исключением того, чего рассказать не мог, по причине пьянства. И сна, вызванного этим пьянством.
Весь день мы пили, купались и загорали, разумеется. Весь день Вика поддрачивала Серёгу, а Серёга Вику и меня. Правда, правда! – Несколько раз гладил мне попу и грудь, а один раз даже попытался засунуть мне палец в дырочку! Я старательно делала вид, что не замечаю, а у самой текло вовсю.
А уже перед уходом, Вика меня обняла и поцеловала прямо в губы! И сказала, что хочет меня сильнее, чем даже её муж. И предложила пойти к ним в гости, чтобы ещё выпить. Димону было всё равно, куда и к кому пойти; Серёге – почти уже тоже. Поэтому мы пошли к нам! По дороге приобрели ещё одну бутылочку Муската.
Димон рухнул в койку чуть ли не с порога, а мы устроились на веранде с вином и фруктами. Серёга несколько раз порывался снять шорты и заняться любовью с Викой, но после первого стакана его постигла участь Димона, - он был отправлен в ту же койку.
А любовью с Викой занялась я! Точнее, - она со мной. Поскольку мой опыт секса женщины с женщиной исчерпывался парой прочитанных книжек о радостях лесбийских отношений, да фотками из Интернета. А тут….
Только что мы укладывали Серёгу спать, - и вот я уже стою обнажённая, запрокинув голову, а Вика целует меня в шею, и руки её скользят по моей спине, ягодицам, бёдрам. А у меня так кружится голова! И ноги дрожат.
Чуть позже мы на диване. Я лежу на спине, Вика где-то ниже, крепко держит мои ноги и делает мне так приятно. В неверном свете, пробивающемся сквозь тюль окна, я вижу только её затылок, тёмным пятном выделяющийся на фоне моего живота.
Даже сейчас, пишу, засыпая на ходу, но свободной рукой всё глажу и глажу свою мышку, покручиваю двумя пальчиками кнопочку клитора, роняю на обивку пуфика мутные капельки сока. И пытаюсь восстановить в памяти ускользающие детали.
Вика меня ЛИЖЕТ!!! Нет, не так. – Она меня и лижет и сосёт и царапает и покусывает. И один палец даже погрузила мне в попку! Но я чувствую, что это не мужчина, даже если пытаюсь представить себе Димона там внизу. – Нет. Никак! Здесь ласка без агрессии. Не желание заставить меня кончить, - она просто целует меня потому, что хочет меня целовать. Я тяну к ней руки, я тоже хочу её просто целовать. И Вика мне не отказывает.
Теперь она сверху. По-прежнему лицом в моей промежности, но и у меня теперь есть чем себя занять. Я хочу смотреть на неё, но света очень мало, поэтому я вырисовываю силуэт её тела своими руками. Заодно с этим, прижимаю её к своему лицу, и тону в её запахе и влаге.
Мы стонем почти в унисон. Мы прогибаемся под ласками. Мы пьём друг друга и не можем до конца насладиться этим вкусом. Потом лежим, не меняя позы, восстанавливая дыхание.
А потом Вика будит почти невменяемого Серёгу, и они уходят.
А я сейчас тоже ухожу. – Спать.
12.08.2008
Сегодня день обещает быть более насыщенным: с утра мы отлично позагорали, место досталось нам хорошее (почти без маньяков), купались, пили пиво, всё как всегда. Ирка моя весь день до обеда изводила меня прикосновениями к самым моим чувствительным местам, а если я их прятал под животом, то начинала шептать мне на ухо, что она хочет сделать с этими самыми местами, как она это хочет сделать и, что и как я должен буду сделать с ней.
Лежать на животе, извините, с эрекцией, - очень нелегко! Учитывая, что пляж галечный. А супруга моя словно с цепи сорвалась, - фантазии фонтанируют. Пардон за каламбур. И, что ни фантазия, - то обязательно или на пляже, или не на пляже, но всё равно при посторонних. Я даже поинтересовался, что её заставляет постоянно вплетать каких-то чужих людей в наши, якобы, эротические игры. В ответ она честно призналась, что на неё произвело огромное впечатление знакомство с Сергеем и Викой. И, в особенности (никогда раньше она мне о таком не говорила), - их прилюдные ласки на пляже. И ещё добавила, что её безостановочно, на протяжении часа, разглядывает подросток, а её, мол, это дико заводит.
Покрывшийся испариной, с красными плечами, подросток лет семнадцати, действительно лежал в метре от нас, и тщетно пытался изобразить равнодушие к первичным половым признакам моей супруги. Неудивительно, что паренёк выглядел так плохо, - даже я, матёрый самец, разглядывая с такого расстояния и в таком ракурсе свою драгоценную супругу, врядли смог бы удержать порыв плоти.
Самое интересное, - меня это почему-то тоже завело. Не ревновать же, в конце концов, к пацану малолетнему, тем более, на нудистском пляже. А если Ирке нравится, - пусть смотрит, от меня не убудет. Я даже предложил ей чуть увеличить зону обзора, чем она тут же и воспользовалась. – Перевернулась на спину, а ноги так раскинула, словно не на пляже загорает, а у гинеколога обследуется. Минут через пять наш зритель не выдержал этого шоу, и спешно покинул нас. Дрочить пошёл, не иначе!
А Ирка отдрочила меня в воде после этого! – Мне показалось это забавным. Не знаю, заметил кто-нибудь нас, или нет?
А потом пошли на обед, и возле палаточного городка встретили Вику с Сергеем, они там у каких-то знакомых палаточников тусуются, пригласили нас ближе к вечеру шашлык жарить. Мы не отказались.
12.08.2008
Ха! – Не отказались! Сначала Димон долго ломался, типа: не удобно, мы не знаем никого. А когда узнал, что там четверо парней, без девушек, вообще чуть не сбежал. Только на мои уговоры и поддался. Так что вечером идём изучать быт жителей палаточного городка. И шашлык с вином употреблять. И купаться в ночном море, и в мужском внимании, разумеется.
Да, а паренёк на пляже, и в самом деле, обгорел. Но зато, кончил себе в покрывало, - это я точно видела. А чтобы он кончил, я сделала всё. Ноги я, конечно, во весь пляж не разбрасывала, тут мой дорогой переборщил с определениями, но и лежать, как монашка не собиралась. Это мой благоверный ходит на пляж с постоянным вопросом - «стесняться или нет», а я хожу на пляж, чтобы рассматривать мужчин (читай – мужские члены), на худой конец (!), - симпатичных женщин; и, самое главное, показывать себя. Так что раздвинуть ноги не проблема, даже пальчиками чуть-чуть себе помочь, - тоже не проблема. Не исключаю, что я самая заурядная эксгибиционистка. Но зато вечером, накопленные за день эротические эмоции выплёскиваются в отличный секс. Димону секс нравится.
А как он в воде кончил!? – Такая вот мне идея дикая в голову пришла.
А сейчас переодеваемся и обедать. А то нам ещё вино приобретать для вечеринки под открытым небом.
14.08.2008
Сегодня впервые, чуть не написала: «на арене цирка», так вот, - не на арене цирка, но почти цирк, сегодня пишу до Димона, потому что он ...опять с перепою и спит. А я, хоть и пьяная, но хочу отписаться, пока живы все впечатления.
И так, - палаточный городок. Он начинается почти сразу за малюсенькой речушкой, разделяющей непосредственно: городской (текстильный) пляж, и нудистский. И продолжается за Юнгом. И, надо заметить, немаленький, такой городочек получается. Палатки тянутся вдоль пляжа метров на двести, в два – три ряда. Желающих отдохнуть в первобытных условиях достаточно.
В этом что-то, безусловно, есть. – Море, природа, палатка. Ужин на костре. Вино и песни под гитару. Рядом такие же ненормальные, потому что дУша нет, постельного белья нет, замков на палатках нет. А если гроза? – А грозы здесь бывают. А туалет!?!?
Мы с Димоном пришли на пляж гружёные, как гужевые лошадки: шесть бутылок вина и ещё помидоры всякие с огурцами. Ещё до шести часов позагорать успели. Ничего, правда, экстраординарного не произошло. Даже не о чем поведать моим постоянным читателям.
Ведомые моим благоверным, минут двадцать искали нужную нам палатку не с той стороны пляжа. Так бы искали всю ночь ещё, если бы я не вмешалась.
Возле скромной, видавшей виды палатки, уже горел костёр, вокруг которого суетились четверо обнажённых, загорелых украинских хлопцев. Вика сидела на раскладном стульчике со стаканом в руке, предаваясь праздному безделью. Откуда-то выскочил Серёга, обвинил нас в опоздании, расцеловался со мной, ткнувшись в живот мне своим отростком, и тут же со всеми перезнакомил. Все четверо парней были из Харькова, трое, Миша, Антон и Виталик, ровесники Димона, - по тридцать, с копейками. И один моего возраста, Иван, ему только двадцать пять стукнуло. По этому поводу и вечеринку затеяли. Компания у нас получилась весёлой, тем более что все уже неплохо приняли к нашему приходу. Я сразу почувствовала себя своей здесь, да и Димон, вроде, не особо напрягался. Хотя, внимание ко мне со стороны мужчин было совершенно очевидным. Мне сразу нашли второй раскладной стул, да что уж там, - раскладную табуреточку с брезентовым верхом, близнеца Викиной табуретки и ровесника мне, как минимум. Сразу налили полный стакан вина. Димону, правда, тоже налили. Но мне – первой. А Миша даже поцеловал мне руку, когда знакомились. Польстил! Потом Вика заставила нас раздеться, хотя, если честно, я и сама себя дурой чувствовала в своих шортах и топике среди голых. Да и солнце припекало.
За наше прилюдное обнажение все сразу же выпили, а Вика потащила нас на экскурсию в палатку. Экскурсия проводилась на четвереньках, поэтому прямо передо мной во всей красе предстала Викина попка с маленькой коричневой дырочкой и её аккуратненькая щёлочка. Димон тоже впечатлился зрелищем, судя по его оживившемуся дружку. Уверена, что Вика на это и рассчитывала. Но мы с мужем тактично воздержались от комментариев.
Убранство палатки было под стать её внешнему виду: куча каких-то одеял, рюкзаков, фонарики и разнокалиберные шмотки. – Сразу заметно отсутствие женщины. А тесно-то как! Я обратила на это внимание. А Вика сказала, что они с Серёгой сегодня тут ночевали, и ничего, нормально. Интересно, как это им удалось разместиться там вшестером!?
Мы с Викой вновь устроились на наших тронах, пока мужчины, поминутно задавая нам глупые вопросы, готовили закуску и мясо. Скорее всего, они просто хотели привлечь к себе внимание. И привлекли. Я лично начала потихоньку подтекать, наблюдая перед глазами постоянное мелькание мужских половых органов. А ещё через пару стаканов вина я уже с трудом переводила взгляд с мужских достоинств на мужские лица. Через какое-то время мне даже начало казаться, что я разговариваю с членами, а не с их владельцами. И тщетно пыталась ассоциировать эти органы с их носителями. Проще всего было с Димоном, его я, естественно, узнавала без проблем в любой стадии роста. Серёгин конец тоже выделялся необычностью формы и постоянной полу-эрекцией. Ну, и у Миши член оказался заметно длиннее прочих. С остальными было сложнее: у именинника член не выделялся размерами, но, как я заметила, был не тронут «парикмахером». А у Виталика, наоборот, при тех же размерах, казался больше, так как был начисто выбрит. У Антона было нечто вроде стрижки, я сам кончик, словно, сужался к головке, конусообразный какой-то, что ли. Но мне всё нравилось. Этот калейдоскоп мужской плоти; и я, - такая голенькая и возбуждённая! А тут ещё Вика со своими разговорами о мужчинах, и о нашем с ней вечере!
Хорошо, – шашлык поспел, и беготня вокруг меня с Викой поутихла слегка. Мы начали кушать, ещё активнее начали пить и разговаривать. А у меня, хотя бы, перестали соски торчать. Разговоры вращались преимущественно вокруг палаточного образа жизни, и о его прелестях. Я соглашалась, что это романтично, но напрочь отказывалась экспериментировать со своим отдыхом. В ответ, нам с Димоном предлагали просто разок переночевать у ребят. Сергей тоже настаивал, мотивируя тем, что это ни с чем несравнимые впечатления.
В соседних палатках, в это время народ тоже занимался приготовлением ужина. Все куда-то ходили, все пили и курили, везде надрывались магнитофоны или доморощенные певцы. Атмосфера напоминала хипповские коммуны. При этом большинство оставались голыми, хотя солнце уже почти скрылось за горами. Наша палатка стояла во втором ряду от моря, и с одной стороны была отгорожена от соседей кустами. Это создавало впечатление лёгкой уединённости. А вот отсутствие сантехнических удобств я очень скоро прочувствовала.
Вика взялась меня просветить; мы закурили по сигарете, обули босоножки, и отправились, в чём были, - то есть ни в чём, искать туалет. По дороге мы целовались, обнимались и секретничали. Я опять возбудилась, а пьяная Вика сказала, что ей нравится Димонов член и, что она хочет его пососать. Я сказала, что, если она будет сосать Димону, то я обязательно буду делать то же самое Серёге. Вопрос нас настолько заинтересовал, что мы устроились писать, даже не особо скрываясь в кустах, всего метрах в двадцати от палаток. Где, в принципе, судя по запаху, и находился общественный туалет. За нами подглядывал какой-то немолодой мужик, но мы, увлечённые темой обмена мужьями, не стали обращать на него внимания.
Так, ничего конкретного не придумав, мы вернулись к обществу, которое, пользуясь бесконтрольностью, обсуждало автомобили. Конечно! – Что ещё могут обсуждать мужики, пока женщины писают!?
Потом, как-то незаметно, в палатке исчез Серёга. Вика отправилась на его поиски. Через некоторое время она его нашла. По крайней мере, судя по её стонам из палатки.
Вообще, эти Викины стоны мужчин наших очевидно подзавели. Суеты вокруг меня прибавилось, все спешили то вина подлить, то зажигалку предложить, то яблоко. А члены их, тем временем, под Викин заводной аккомпанемент, постепенно становились всё твёрже, принимая горизонтальное положение. И всё это перед моими глазами! Я уже начала побаиваться, что вместо сигареты, по-пьяни, затащу себе в рот чей-нибудь причиндал.
Серёга с Викой вовремя вернулись. Меня за это время даже не успели изнасиловать! Зато все успели продемонстрировать мне всяческие разновидности мужской эрекции. Все, включая мужа моего. А парочку, по возвращении, засыпали каверзными вопросами. Серёга, не стесняясь, скрупулезно рассказывал, чем они там занимались. Потом кто-то предложил уйти купаться, чтобы снять напряжение.
Но Серёга так красочно расписал прелести секса в палатке, что я срочно потащила туда Димона, дабы проверить всё на деле. А муж мой, не будь дурак, не отказался. И только в палатке, когда он, распластав меня на одеялах, вылизывал мне мои складочки, я обратила внимание, что рядом с нами ещё одно тело. – Спящий Иван! Сначала, я даже испугалась немного, - «когда это он успел в палатку залезть»!? Потом я подумала, а чем это, интересно, здесь занимались Вика с Серёгой в присутствии третьего тела!? Потом, когда я поняла, чем они занимались, меня это возбудило. Потом я попкой своей вляпалась в лужу спермы, натёкшую от предыдущих посетителей этого гостеприимного уголка, и я, не мудрствуя ...долго, облизала свои пальцы. – Вкус мне понравился! Откровенно говоря, он до сих пор меня преследует, - вкус спермы не моего мужчины! И я до сих пор активно теку от этих воспоминаний!
А потом я кончила под Димоновым языком и, видимо, под влиянием нахлынувших чувств. Или оттого, что рядом с моей головой, в кромешной темноте палатки, сопел во сне «новорожденный» Иван.
Иду на личный рекорд по колличеству написанного от руки за один присест!! – Но, пока живы впечатления, честно пытаюсь «увековечить» их в этих писульках.
Потом Димон в меня вошёл, эрекция у него была, - будь здоров! – и так резво стал трахать, что через минуту я упёрлась макушкой в Иванов живот! Как он не проснулся, - не знаю!? А потом я подумала, что, может он уже проснулся и всё слышит и чувствует? – И это тоже меня дополнительно возбудило так, что я опять кончила, как положено, - со стонами и хрипами; и мой благоверный тоже кончил. В меня. – Мне понравилось! Мне даже понравилось, что в палатку, пока мы забавлялись, периодически кто-то всовывался. Видимо, был встречен нашими мелькающими задницами, а потому тихо ретировался.
Так или иначе, но мы накончались и вырубились. Выпитое, знаете ли, сказалось! Вот на этом и остановлюсь, и пойду в койку, - благо, уже на улице светает.
15.08. 2008
Ирка ещё «дрыхнет», бедняга, тяжело ей пришлось, а я вот почувствовал неодолимую тягу к писательству. Хотя, признаться, воспоминания мои подпорчены огромным количеством выпитого.
Даже затрудняюсь определить, с чего начинать-то. – С того, что нас пригласили на шашлыки?
Ну да.... Мы и пошли. К вечеру, как и договорились. Вино, овощи – фрукты, естественно, прихватили. Поначалу я не горел диким желанием бухать с четырьмя совершенно незнакомыми мужиками, но, перзнакомившись, выпив по паре стаканчиков местного вина, и, наконец, раздевшись, понял, что народ адекватный, к жене никто не пристаёт, - и расслабился. Точнее, я то расслаблялся, то снова «напрягался», когда видел, что моя супруга небезынтересна нашим новым знакомым. Что они с удовольствием скачут вокруг неё со своими детородными органами, стараясь обратить на себя её внимание. Серёга, кстати, не составлял исключения.
Потом Вика повела нас на экскурсию и показывала внутреннее «убранство» палатки, хотя, мне показалось, что она, передвигаясь на четвереньках, пытается показать не столько палатку, скольку свою попу мне. – Попка, надо заметить у неё очень даже! Но Ирке не стану об этом говорить, на всякий случай.
Солнце клонилось к горам. Вино становилось вкуснее с каждым стаканом. Шашлык удался. А девчонки от души веселились. Я-то, по-наивности думал, что Ирка моя будет комплексовать, - всё-таки голышом, среди посторонних мужчин... А она ничего, - сидит себе, смеётся, пьёт, с Викой постоянно о чём-то шепчется. И ни одну, ни другую совершенно не смущают мелькающие перед их лицами мужские половые органы! Замечу, что органы, эти самые, на мой взгляд, мелькали гораздо ближе к женским лицам, чем того требовали нормы гостеприимства. Пару раз, как я заметил, Серёгин орган даже попал в рот его собственной жене.
Да! – Трудно восстанавливать в памяти все детали вечера, утра, дня и ещё одного вечера.
В особенности, после такого количества выпитого!
Помню, как совсем стемнело. Как красиво смотрелись девичьи тела в свете костра. Ещё помню, как Серёга с Викой ушли в палатку, «снять напряжение», как они это назвали.
Потом, помню, Вика очень эротично стонала, у меня даже эрекция начала появляться. Не знал, куда её прятать, пока не заметил, что я такой не один, а никто ничего прятать не пытается. Напротив, - спокойно щеголяют перед моей супругой, элегантно помахивая в такт ходьбе этими раздувшимися символами мужественности! Аукцион, какой-то!
Тут вернулись из палатки наши голубки. У Серёги всё ещё торчит его несуразный гриб, а у Вики по ногам течёт. Они начинают что-то рассказывать. А Вика салфеткой подтирает у себя между ног, абсолютно никого не стесняясь!
Затем, Ирка тащит меня в палатку, поскольку Серёга уж очень красочно расписывает романтику занятия любовью в палатке. А народ идёт купаться.
Наш секс в палатке запомнился мне, преимущественно тем, что он был, а ещё было абсолютно темно и дико жарко. Я даже раскинул створки входа, наплевав на условности.
Ещё помню, как моя благоверная стонала в полный голос, подражая Вике, что ли, пока я, истекая потом, пытался в ней кончить. И кончил. И она тоже, кажется.
Следующее из воспоминаний – утро. И, разумеется, жара. Солнце уже успело подняться и в палатке светло. Возле себя обнаружил голое мужское тело, оказавшееся Антоном. И ещё одно из ярких воспоминаний этого утра – головная боль. И сушняк, конечно.
На улице встретил ещё одно тело, принадлежащее вчерашнему имениннику – Ивану. Тело, то есть – Иван и рассказал мне, с трудом выговаривая слова, что супруга моя, проснувшаяся уже давно, отчаялась дождаться моего пробуждения и отправилась домой для принятия душа. И просила меня подтягиваться туд

КАТЕГОРИИ

Группа

Теги

Дневники, отдыхающих, Коктебель